Достать ножи

Утро после пышного празднования восьмидесятипятилетия Харлана Тромби, патриарха семьи и знаменитого на весь мир автора криминальных романов, принесло с собой не похмелье, а леденящий душу шок. Сам виновник вчерашнего торжества был обнаружен в своем кабинете без признаков жизни, а первоначальная картина не оставляла сомнений – это выглядело как акт отчаяния, как самоубийство. Протокол обязывает полицию опросить всех, кто находился в огромном, похожем на лабиринт особняке в ту ночь: разношерстную и полную скрытых конфликтов семью, каждого из которой так или иначе связывали с Харланом сложные, часто мучительные узы. Однако истинный интерес к делу проявляет не официальные лица, а частный детектив Бенуа Блан, чье появление здесь отнюдь не случайно. Ровно в то утро он получил анонимный пакет, набинный наличными, и заказ – расследовать обстоятельства кончины Тромби, что сразу наводит на мысль: кто-то из присутствующих абсолютно не уверен в версии о самоубийстве и готов заплатить большие деньги за установление правды. Погружаясь в расследование, Блан быстро понимает, что имеет дело не просто с родственниками, а с искусными актерами, каждый из которых тщательно выстраивает свой образ и лакирует воспоминания о недавно умершем главе семейства. Под маской всеобщей скорби и благополучия скрываются горы обид, финансовые претензии, нереализованные амбиции и давние тайны, ведь Харлан был не только писателем, но и безраздельным властелином целой империи, чье наследство вот-вот должно быть поделено. Каждый диалог, каждое показание – это хитросплетение полуправд и откровенного вранья, в котором детективу, несмотря на весь его опыт, чрезвычайно сложно отыскать твердую почву. Но судьба преподносит Блану поистине уникальный инструмент в этой запутанной игре. Ему удается выйти на контакт с частной медсестрой покойного, женщиной, которая долгое время ухаживала за Харланом и знала все его привычки и слабости. Ее особенность, становящаяся ключом ко всему делу, заключается в редчайшем медицинском состоянии – она физиологически не способна слушать ложь, реагируя на нее мгновенной и неконтролируемой рвотой. Таким образом, любая попытка кого-либо из обитателей дома солгать в ее присутствии тут же становится очевидной, превращая тихую сиделку в живой детектор лжи, который постепенно начинает расшатывать тщательно возведенные фасады и приближает Блана к мрачным секретам, похороненным в основании, казалось бы, безупречной семьи Тромби.